| Леонид Алехин ( @ 2008-03-26 01:01:00 |
Ни дня без строчки
Занятно, что когда езжу на машине по России, воспринимаю неизбежность хамства на дорогах и многочисленные аварийные ситуации как должное, спокойно. В Европе реакция совсем другая. Видимо отлаженность местного дорожного механизма слишком остро дает почувствовать заусеницы.
Я это к чему. Пока я катался туда-сюда, Роман Папсуев, Бог кисти, нарисовал одного из ключевых героев книги - Миху Атмоса.
К Михе у меня особое, нежное отношение. Это мой первый герой-подросток. Он мальчик, которым я никогда не был, лихой Жуль Верновский типаж, любитель приключений. Именно из-за него заварилась каша, какой Акмеон не знал многие сотни лет. И он же в первых рядах ее расхлебывает.

Они провели в роще несколько часов. Пока от холода и ударов тетивы у Михи не онемели руки.
Очень быстро выяснилось, что Миха не умеет стрелять.
"Уметь стрелять" с точки зрения тангу означало: в неверном лунном свете с двадцати шагов попадать в круг, начерченный ножом охотницы на стволе дерева. Сначала круг был размером с кулак йотуна, чуть поменьше человеческой головы.
Стоило Михе доказать свою способность управляться с такой мишенью, Хатэ нарисовала внутри круга еще один. Уже с человеческий кулак. И приказала Михе отойти еще на десять шагов.
- Ты неправильно держишь лук, - говорила охотница.
- Ты слишком сильно оттягиваешь тетиву.
- Ты слишком рано отпускаешь тетиву.
- Ты не задерживаешь дыхание.
- Ты не выдыхаешь.
- Ты никогда не научишься стрелять.
- А я и не хочу! - закричал Миха и со всей силы швырнул лук в снег. - Зачем оно мне!?
Все это время он старался не думать, что означает круг на древесном стволе. К чему он готовится, всаживая в него стрелу за стрелой?
- Так нужно, - Хатэ подняла лук и протянула ему. - Это должен быть ты.
- Что я? Что я должен?
- Ты должен выстрелить. Только ты можешь убить йоро-мангу.
Йоро-Мангу. Оборотень из Кагалыма. Слуга Черной Звезды.
Алан Атмос. Старшина рудознатцев.
Отец Михи.
Занятно, что когда езжу на машине по России, воспринимаю неизбежность хамства на дорогах и многочисленные аварийные ситуации как должное, спокойно. В Европе реакция совсем другая. Видимо отлаженность местного дорожного механизма слишком остро дает почувствовать заусеницы.
Я это к чему. Пока я катался туда-сюда, Роман Папсуев, Бог кисти, нарисовал одного из ключевых героев книги - Миху Атмоса.
К Михе у меня особое, нежное отношение. Это мой первый герой-подросток. Он мальчик, которым я никогда не был, лихой Жуль Верновский типаж, любитель приключений. Именно из-за него заварилась каша, какой Акмеон не знал многие сотни лет. И он же в первых рядах ее расхлебывает.

Они провели в роще несколько часов. Пока от холода и ударов тетивы у Михи не онемели руки.
Очень быстро выяснилось, что Миха не умеет стрелять.
"Уметь стрелять" с точки зрения тангу означало: в неверном лунном свете с двадцати шагов попадать в круг, начерченный ножом охотницы на стволе дерева. Сначала круг был размером с кулак йотуна, чуть поменьше человеческой головы.
Стоило Михе доказать свою способность управляться с такой мишенью, Хатэ нарисовала внутри круга еще один. Уже с человеческий кулак. И приказала Михе отойти еще на десять шагов.
- Ты неправильно держишь лук, - говорила охотница.
- Ты слишком сильно оттягиваешь тетиву.
- Ты слишком рано отпускаешь тетиву.
- Ты не задерживаешь дыхание.
- Ты не выдыхаешь.
- Ты никогда не научишься стрелять.
- А я и не хочу! - закричал Миха и со всей силы швырнул лук в снег. - Зачем оно мне!?
Все это время он старался не думать, что означает круг на древесном стволе. К чему он готовится, всаживая в него стрелу за стрелой?
- Так нужно, - Хатэ подняла лук и протянула ему. - Это должен быть ты.
- Что я? Что я должен?
- Ты должен выстрелить. Только ты можешь убить йоро-мангу.
Йоро-Мангу. Оборотень из Кагалыма. Слуга Черной Звезды.
Алан Атмос. Старшина рудознатцев.
Отец Михи.